monsag (monsag) wrote,
monsag
monsag

Category:

Дойдет ли Макара челобитная к царю батюшке?

ДОЛГИЙ ЯЩИК
Для того чтобы челобитные, написанные на имя царя, попадали в царские руки, минуя подьячих, чтобы каждый мог эту челобитную вручить вроде бы непосредственно самому государю, царь Алексей Михайлович повелел возле своего дворца в Коломенском на особом столбе поставить ящик, в который всякий, кому была в том нужда, мог опустить жалобу или прошение на царское имя.

Обиды на Руси всегда было много, челобитных писалось без числа, потому поставили ящик большой и глубокий - "долгий", как называли тогда.


Слово "долгий" в русском языке имело (да и сейчас имеет) несколько значений. "Долгий" - это протяженный в пространстве, здесь оно близко к слову "длинный": долгобородый, долгоногий. "Долгий" - это просто большой; сейчас мы не чувствуем в слове такого значения, но его сохранили древнерусские письменные памятники: "Стоит град долог, а в нем сидит царь с царицей". И наконец, "долгий" - значит протяженный во времени: долговременный, долголетие. Все эти оттенки значения одного слова и способствовали тому, что выражение "долгий ящик" обрело столь долгую жизнь.

В "долгий ящик" царя Алексея Михайловича посыпались челобитные от тех, кто не имел доступа к царю, а это, конечно, были простые люди, бедняки, обиженные "сильными людьми": у кого отобрали имение, кого в холопы забрали, кого боярин до полусмерти избил, кого приказные до нитки обобрали.

О содержании жалоб простого люда дает яркое представление общая челобитная москвичей, поданная царю перед Соляным бунтом в 1648 году:

"Тебе, великому государю, царю и великому князю Алексею Михайловичу, всея Руси, представляем мы все от всяких чинов людей и всего простого народа... С плачем и кровавыми слезами... челом бьем, что твои властолюбивые нарушители крестного целования, простого народа мучители и кровопийцы, и наши губители, всей страны властвующие, нас всеми способами мучат, насилья и неправды чинят".

Наряду с жалобами на большие притеснения писали и о мелких, но для бедного человека чувствительных обидах.

Маринка, Лукьянова дочь, жена владельца какой-то маленькой лавчонки на Тверской улице, жаловалась на бесчинство объезжего головы: "...объезжий Василей Нагаев... учал меня бранить и поталкивать, беременного человека... и ныне лежу беременна на сносех при смерти".

На побои, учиненные патриаршим слугой Митькой Матвеевым, подала жалобу вдова Феколка. Жалобу писал наемный писец, поскольку вдова была неграмотна, поэтому он излагал происшествие в третьем лице; рассказывал писец о том, что явился ко вдове на двор патриарший слуга "и стал ее, Феколку, бранить матерно всякою непотребною бранью, и учал ее бить палкою незнаемо за что, и зашиб ей руку до руды (то есть, до крови. - В.М.)".

Квасник Алешка Симонов повествовал, что послал он работника своего Зиновейку на Красную площадь квасом торговать и некий "торговый человек, что торгует на Красной же площади белугою кашею, а как его зовут, того он не знает, бил его, Зиновейку, и разбил у него кувшин с квасом, а квасу в том кувшине было на пять копеек да копеешный кувшин", и просил, чтобы велел государь "того человека сыскать на съезжий двор".

Великая докука была царю разбирать все эти челобитные, да и не всегда руки до них доходили. Прочитанные же челобитные царь со своей надписью "разобрать и решить" отсылал в приказы. А там решали не спеша: порой решения приходилось дожидаться годами, многие же челобитчики вообще не получали ответа.

Поносили-поносили москвичи свои челобитные в "долгий ящик", а когда убедились, что толку от этого нет, стали дьяки вынимать из ящика всякие ругательные письма, писанные такими непотребными словами, что царю и показать нельзя.

После того ящик совсем убрали. Но память о нем осталась в поговорке: положить дело в долгий ящик - значит оттянуть его решение на неопределенно долгий срок, а скорей всего, и вообще не решить.

Для того чтобы челобитные, написанные на имя царя, попадали в царские руки, минуя подьячих, чтобы каждый мог эту челобитную вручить вроде бы непосредственно самому государю, царь Алексей Михайлович повелел возле своего дворца в Коломенском на особом столбе поставить ящик, в который всякий, кому была в том нужда, мог опустить жалобу или прошение на царское имя.

Обиды на Руси всегда было много, челобитных писалось без числа, потому поставили ящик большой и глубокий - "долгий", как называли тогда.

Слово "долгий" в русском языке имело (да и сейчас имеет) несколько значений. "Долгий" - это протяженный в пространстве, здесь оно близко к слову "длинный": долгобородый, долгоногий. "Долгий" - это просто большой; сейчас мы не чувствуем в слове такого значения, но его сохранили древнерусские письменные памятники: "Стоит град долог, а в нем сидит царь с царицей". И наконец, "долгий" - значит протяженный во времени: долговременный, долголетие. Все эти оттенки значения одного слова и способствовали тому, что выражение "долгий ящик" обрело столь долгую жизнь.

В "долгий ящик" царя Алексея Михайловича посыпались челобитные от тех, кто не имел доступа к царю, а это, конечно, были простые люди, бедняки, обиженные "сильными людьми": у кого отобрали имение, кого в холопы забрали, кого боярин до полусмерти избил, кого приказные до нитки обобрали.

О содержании жалоб простого люда дает яркое представление общая челобитная москвичей, поданная царю перед Соляным бунтом в 1648 году:

"Тебе, великому государю, царю и великому князю Алексею Михайловичу, всея Руси, представляем мы все от всяких чинов людей и всего простого народа... С плачем и кровавыми слезами... челом бьем, что твои властолюбивые нарушители крестного целования, простого народа мучители и кровопийцы, и наши губители, всей страны властвующие, нас всеми способами мучат, насилья и неправды чинят".

Наряду с жалобами на большие притеснения писали и о мелких, но для бедного человека чувствительных обидах.

Маринка, Лукьянова дочь, жена владельца какой-то маленькой лавчонки на Тверской улице, жаловалась на бесчинство объезжего головы: "...объезжий Василей Нагаев... учал меня бранить и поталкивать, беременного человека... и ныне лежу беременна на сносех при смерти".

На побои, учиненные патриаршим слугой Митькой Матвеевым, подала жалобу вдова Феколка. Жалобу писал наемный писец, поскольку вдова была неграмотна, поэтому он излагал происшествие в третьем лице; рассказывал писец о том, что явился ко вдове на двор патриарший слуга "и стал ее, Феколку, бранить матерно всякою непотребною бранью, и учал ее бить палкою незнаемо за что, и зашиб ей руку до руды (то есть, до крови. - В.М.)".

Квасник Алешка Симонов повествовал, что послал он работника своего Зиновейку на Красную площадь квасом торговать и некий "торговый человек, что торгует на Красной же площади белугою кашею, а как его зовут, того он не знает, бил его, Зиновейку, и разбил у него кувшин с квасом, а квасу в том кувшине было на пять копеек да копеешный кувшин", и просил, чтобы велел государь "того человека сыскать на съезжий двор".

Великая докука была царю разбирать все эти челобитные, да и не всегда руки до них доходили. Прочитанные же челобитные царь со своей надписью "разобрать и решить" отсылал в приказы. А там решали не спеша: порой решения приходилось дожидаться годами, многие же челобитчики вообще не получали ответа.

Поносили-поносили москвичи свои челобитные в "долгий ящик", а когда убедились, что толку от этого нет, стали дьяки вынимать из ящика всякие ругательные письма, писанные такими непотребными словами, что царю и показать нельзя.

После того ящик совсем убрали. Но память о нем осталась в поговорке: положить дело в долгий ящик - значит оттянуть его решение на неопределенно долгий срок, а скорей всего, и вообще не решить.
Tags: челобитная
Subscribe
promo monsag march 28, 2018 09:35 1
Buy for 10 tokens
Первое что хочется спросить у вас, как вы культурные люди, занимаясь мухлежом на выборах, могли отдать на растерзание вандалам своих детей и выученный вами народ, продав душу дьяволу за 30 сребренников. Ведь многих вы воспитывали в школе, вдалбливая им азы в еще тупые головы знания добра и зла. Как…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments