monsag (monsag) wrote,
monsag
monsag

37 год возвращается.

Ну что дорогие друзья, Вы когда-нибудь думали что 37 год невозможно вернуть в наше время! Ан нет это возможно, сказали депутаты и приняли поправки.

Сегодня вступили в силу поправки в Уголовный кодекс, вводящие более широкое понимание госизмены и шпионажа. Теперь обвинение могут предъявить не только тому, кто работает на иностранные разведки: как госизмена может расцениваться и оказание помощи международным организациям в том случае, если их деятельность власти посчитают направленной против безопасности России. Правозащитники не раз заявляли, что формулировки поправок слишком расплывчаты, что чревато их произвольным применением и злоупотреблениями. Об этом на недавней встрече с Владимиром Путиным говорила и член президентского Совета по правам человека Тамара Морщакова[читать].

В интервью PublicPost она рассказала о том, ждет ли Россию волна шпионских разоблачений и о том, почему поправки в УК и УПК о госизмене входят в противоречие с Конституцией.

Тамара Морщакова, член Совета по правам человека, судья Конституционного суда в отставке.

— Чем, на ваш взгляд, была продиктована необходимость внесения таких поправок? И была ли вообще реальная необходимость?

Здесь совершенно не надо гадать. Всё про это написано в пояснительной записке к закону: там приведены два аргумента, мотивированные заинтересованными органами. Аргумент первый такой, что тот состав преступления, который был прописан - трудно доказывать. Это написано именно такими словами, не другими. Аргумент второй, хотя он и вытекает из первого, такой, что в связи с трудностью доказывания очень мало привлеченных к ответственности по данному составу преступления, т.е. в качестве государственных изменников. Мало государственных изменников! Очевидно, что это печально: нельзя показать положительные итоги органов, которые должны с ними бороться. Есть они или нет, это другой вопрос. Если есть шесть дел в год, и это тоже приведено в пояснительной записке, то, очевидно, что ни какой объективной потребности вводить какие-то дополнительные, облегчающие борьбу с этим видом деяний меры, не было. Вот всё, вот и все мотивы. Об это на Совете (Президентский совет по правам человека - PublicPost) я лично говорила с президентом, тут нет никакой тайны.

Утешает только одно обстоятельство: если вы внимательно просмотрите стенограмму встречи, то в ней найдете слова нашего гаранта о том, что он готов это еще обсуждать. Так что, будем стараться привести ему какие-то аргументы, чтобы он мог продолжать формировать позицию, свою и законодательной власти, по этому вопросу.

— Какие, на ваш взгляд, могут быть практические последствия этих поправок? Ждет ли нас волна шпионских разоблачений?

Прогнозами, как вы знаете, я никогда не занимаюсь, я могу только проанализировать состав. Состав характеризуется крайней неопределенностью с точки зрения практически всех элементов: объекта посягательства, объективной стороны, субъективной стороны...

А уж субъект, практически - “любой, кто”. Что уж тут говорить. Такой неопределенный состав всегда, во всех случаях, не только в этом, переносит тяжесть решения вопроса о том, привлекать или не привлекать, тяжесть ответственности за введение уголовно-правового запрета, с законодателя на правоприменителя. С точки зрения любых принципов установления уголовной ответственности, международно-правовых и конституционных, это недопустимо. Недопустимо потому, что такие ограничения как уголовно-правовые запреты могут только самим законом устанавливаться, это общее положение. А во-вторых, потому что уголовно-правовой запрет для того, чтобы быть признанным, присутствующим, сформулированным, должен быть ясным. Иначе нарушается принцип: нет преступления без закона, нет наказания без закона. Эти принципы и нарушаются тем, как сформулирован состав. А в таком случае, если вопрос остается на усмотрение правоприменителя... Мы, конечно, могли бы надеяться на то, что правоприменитель будет лучше законодателя, но в российской системе координат такого не бывает. Это не немецкая правовая система, где закон, хоть и очень старый, но применяется хорошо. У нас таких случаев нет: если наш законодатель сделал что-то плохо, то это будет только ухудшено правоприменителем, а если сделал хорошо - тоже будет ухудшено.

— Безвыходная ситуация?

Она не безвыходная, но нужно настаивать хотя бы на том, чтобы закон был сформулирован нормально.

— Нет ли этих поправках противоречий с российской Конституцией?

Я считаю, что есть. Я вам как раз и привела этот принцип: уголовная ответственность может устанавливаться только законом. Без закрепления уголовно-правового запрета в законе нет никаких оснований для привлечения к уголовной ответственности. Если можно преследовать за что угодно, это значит, что нет определенного уголовно-правового запрета в соответствии с теми требованиями, которые предъявляются к формулированию запретов. Конституционный суд сто раз написал, что закон не конкретный, не ясный, допускающий различные толкования, это основания для произвола, что противоречит 19-й статье Конституции. Не говоря уже об особом принципе, применительно к уголовной ответственности, прямо в
Конституции сформулированном. Это и есть тот самый принцип: “нет преступления без его точного описания в законе”.

— Согласно поправкам, теперь оказание помощи международным организациям может расцениваться как государственная измена...

Да, есть такой момент, я все время его подчеркиваю. Хотя в официальных отзывах юрслужб Софета Федерации и написано, что нельзя, чтобы это распространялось на ООН, ЕСПЧ, ПАСЕ или еще что-нибудь... Но говорят это не те, кто читает текст поправок, а те, кто анализирует политические планы или устремления государства, страны, власти. В тексте этого нет. Там написано: “оказание помощи международным организациям”. Пусть мне кто-нибудь докажет, что организации, которые я перечислила, не подпадают под определение международных. Они подпадают. Следующее уточнение заключается только в том, что эти организации осуществляют деятельность, направленную против безопасности России. Но ЕСПЧ, к примеру, принимает решение “Иванов против России”. Оно так называется. И мы с вами можем представить себе положение правоприменителя. Такую формулировку он легко может использовать и сказать, что - да, это против России. Другое дело, что это не соответствует действительности. Но не об этом же речь?
http://publicpost.ru/theme/id/2471/gostayna/
Tags: государство, законы
Subscribe
promo monsag march 28, 2018 09:35 1
Buy for 10 tokens
Первое что хочется спросить у вас, как вы культурные люди, занимаясь мухлежом на выборах, могли отдать на растерзание вандалам своих детей и выученный вами народ, продав душу дьяволу за 30 сребренников. Ведь многих вы воспитывали в школе, вдалбливая им азы в еще тупые головы знания добра и зла. Как…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments